Ее я узнал не из книжки –
Жестокое слово война!
Прожекторов яростной вспышкой
К нам в детство врывалась она
Смертельными тоннами стали,
Сиреной тревоги ночной,
В те дни мы в войну не играли –
Мы просто дышали войной.
В читальнях, притихших и тесных,
На отмелях книжных морей,
При свете коптилок железных
Шуршали листы букварей.
А. Иоффе
Историки могут скрупулезно подсчитать количество дивизий, участвовавших в том или ином сражении, число сожженных деревень, разрушенных городов… Но не могут они рассказать,
Я внука потеряла на войне...
ОтветитьУдалитьО нет! Он не был ни боец, ни воин.
Он был так мал, так в жизни неустроен,
Он должен был начать ходить к весне.
Его зимою, от меня вдали,
На кладбище под мышкой понесли.
Р. Рождественский
А мы не стали памяти перечить
И, вспомнив дни далекие, когда
Упала нам на слабенькие плечи
Огромная, не детская беда.
Была зима и жесткой и метельной,
Была судьба у всех людей одна.
У нас и детства не было отдельно,
А были вместе – детство и война.
И нас большая Родина хранила,
И нам Отчизна матерью была.
Она детей от смерти заслонила,
Своих детей для жизни сберегла.
Года пройдут, но эти дни и ночи
Придут не раз во сне тебе и мне.
И, пусть мы были маленькими очень,
Мы тоже победили в той войне.
Кузяхметова Алёна:
ОтветитьУдалитьКрохотный, слабый, беспомощный
В мире огромном, неистовом
Робко гуляет по кромочке.
В воздухе слышатся выстрелы.
Ножками белыми, ловкими
Перебирает по лестнице.
У перебранки с винтовками
Первая пуля, как вестница.
Кто эти люди жестокие?
В чем их бесовская миссия?
Будешь ли жить одиноким ты,
Жертвой житейской коллизии?
Мячик, как Землю, прижми к себе,
Спрячь от чужого и пришлого!
Хочется доброго, мирного,
Светлого, ясного, пышного!
Мальчик, глазами которого,
Тяжко взирает бездолие…
Ценится, в мире, где взрослые,
Жизнь, как и прежде, недорого.
Ирина Туркина
ОтветитьУдалитьДа что я знаю о войне, да что я знаю о разлуке
Когда степной горит ковыль, и пустоту хватают руки
И мрамор туч, сколь хватит глаз, чеканит марш кусками неба
Ты, не таясь, ответь, солдат, какой имеет вкус победа
Скажи, что счастлив ты теперь и крепко спишь в своей постели
Ты всё забыл, ты всех простил, пусть за окном ревут метели
Тогда там был не ты, другой, сопляк наивный, что ребёнок
И пил взахлёб горящий спирт за первый ранивший осколок
Не ты смеялся среди гор, и не боялся Бога с чёртом
Кричи, гитара, пой, струна, летайте пальцы по аккордам
Не ты братался у огня и клялся в верности и чести
И не тебя прикрыл не он, и не тебе хотелось мести
Не твой товарищ умирал, беззвучно шевеля губами
Не на твоих руках, не он, хотел домой вернуться к маме
Не ты зубами рвал врага, свой долг с лихвою возвращая
Не ты от горя после выл, победу, будто яд глотая
Да что я знаю о войне, да что я знаю о разлуке
В благословенной тишине забвенье поглощает звуки
Домой вернулся ты, солдат, с посеребрённой головой
И шёл по полю налегке, и друг, тот самый, шёл с тобой.
Я стою у Вечного огня
ОтветитьУдалитьЯ стою у Вечного огня,
Он горит, чтоб мы не забывали,
И в нетленной памяти храня,
Как отцы и деды воевали!
И забыв про жертвы той войны,
Наблюдаем марш бритоголовых,
И своей не чувствуем вины,
И бросаем на пол хлеб в столовых!
Громыхают войны без конца,
И растут погоны и чины,
Я играл медалями отца,
Не поняв их подлинной цены!
И среди кладбищенских аллей,
Появились свежие могилы,
Не просохнут слезы матерей,
Сыновей политики сгубили!
Я стою у Вечного огня,
Тишина от скорби и печали,
Пусть в печи расплавится броня,
Чтобы мы войну не начинали!
В пилотке мальчик босоногий
ОтветитьУдалитьВ пилотке мальчик босоногий
С худым заплечным узелком
Привал устроил на дороге,
Чтоб закусить сухим пайком.
Горбушка хлеба, две картошки -
Всему суровый вес и счет.
И, как большой, с ладони крошки
С великой бережностью - в рот.
Стремглав попутные машины
Проносят пыльные борта.
Глядит, задумался мужчина.
- Сынок, должно быть сирота?
И на лице, в глазах, похоже, -
Досады давнишняя тень.
Любой и каждый все про то же,
И как им спрашивать не лень.
В лицо тебе серьезно глядя,
Еще он медлит рот открыть.
- Ну, сирота. - И тотчас: - Дядя,
Ты лучше дал бы докурить.
Девочка, прошедшая войну
ОтветитьУдалитьДевушку, совсем ещё девчонку,
С мягкою улыбкой после сна,
В форме школьной, с бантами и чёлкой
Увела безжалостно война.
В медсанбатах фронтовых походных,
В городах, пылающих огнём
Всех солдат израненных, голодных
Возвращала к жизни день за днём.
Маленькими ловкими руками
Бинтовала раненых, слепых.
Сколько писем написала мамам
За безруких пареньков седых.
На шинели ордена, медали,
Выправка военная и стать.
Только деток руки не держали,
Не успела деток нарожать.
Всех, кто дорог был, любим и близок,
Забрала разлучница-война.
Пожелтевший обгоревший снимок:
Два солдата в форме и она.
Предлагали сердце, душу, руку.
Жизнь, как в сказке, счастье чередой.
Да лежит один в Великих Луках,
А под Сталинградом спит другой.
И стоит в печали одинокой
Слушая седую тишину,
Бабушкою ставшая до срока
Девочка, прошедшая войну.
Оборванного мишку утешала
ОтветитьУдалитьДевчушка в изувеченной избе:
"Не плачь, не плачь... Сама недоедала,
Полсухаря оставила тебе...
... Снаряды пролетали и взрывались,
Смешалась с кровью черная земля...
Была семья, был дом... Теперь остались
Совсем одни на свете - ты и я..."
... А за деревней рощица дымилась,
Поражена чудовищным огнём,
И Смерть вокруг летала злою птицей,
Бедой нежданной приходила в дом...
"Ты слышишь, Миш, я сильная, не плачу,
И мне дадут на фронте автомат.
Я отомщу за то, что слезы прячу,
За то, что наши сосенки горят..."
Но в тишине свистели пули звонко,
Зловещий отблеск полыхнул в окне...
И выбежала из дому девчонка:
"Ой, Мишка, Мишка, как же страшно мне!.."
... Молчание. Ни голоса не слышно.
Победу нынче празднует страна...
А сколько их, девчонок и мальчишек,
Осиротила подлая война?!..
Зражевская Ксения:
ОтветитьУдалитьСтих посвящён Тамаре Райчук, которая будучи ребёнком, пять раз сбегала из фашистского плена
Фотография отображает моё военное детство.
БАЛЛАДА О ДЕТЯХ ВОЙНЫ.
Мы дети войны. Нам с пелёнок досталось познать беспределы невзгод.
Был голод. Был холод. Ночами не спалось. От гари чернел небосвод.
От взрывов и плача земля содрогалась. Не знали мы детских забав.
А сколько отрочеству горя досталось… Девчонки, солдатками став,
Просились на фронт и без страха сражались, держа налегке автомат.
Победа руками девчонок ковалась. Их воля не знала преград.
Ночами стояли на вахтах заводов. Им был по плечу всякий труд.
Красу их девичью щадила природа. И не было праздных минут.
Влюблялись они. Их мальчишки любили. Была их любовь родником.
Из чаши любви чистоту они пили. Глаза зажигались огнём.
Нутром оставались они недотроги. И рвались их души в полёт.
Их гнали фашисты по пыльным дорогам. И в рабство везли их, как скот.
Кому-то из плена бежать удавалось. И даже по несколько раз.
Как зрелые воины, дети сражались. Кто шёл в партизаны из нас.
Себе прибавляли мальчишечки годы, чтоб их отправляли на фронт.
И не было это влиянием моды. Кому-то родным стал завод.
Станки малолетки, как крепости брали, на цыпочки встав во весь рост.
И навыки взрослых они обретали. Со всех одинаков был спрос.
Исхожено много дорог километров. Истрачено нервов и сил.
Нам выли вдогонку сирены и ветры. Фашист нас, как зверя, травил.
Кровь брали фашисты из тоненьких венок, спасая немецких солдат.
Мишенью детишки стояли у стенок. Злодейства вершился обряд.
А в голод спасала лишь корочка хлеба, очистки картофеля, жмых.
И падали бомбы на головы с неба, не всех оставляя в живых.
Нам, детям войны, много горя досталось. Победа наградой была.
И летопись лет страшных в память вписалась. Боль отклик у Эха нашла.
ЗА РОДИНУ!
ОтветитьУдалитьБыло утро прозрачно и тихо,
И, казалось, всегда так будет,
Но гроза в тишине притаилась,
И забыли о счастье люди.
Голос диктора твёрдо и страшно
Объявил о начале битвы,
Знали мы – наше дело правое,
И звучали слова, как молитвы:
«На родную русскую землю
Мы не пустим злейшего ворога,
Грудью встанем, умрём до последнего
За всё, что так сердцу дорого:
За глаза дорогие любимых,
За детей, оставшихся дома,
За кривую старую иву,
За просёлочную дорогу…
За зеркальную озера ясность,
За вечернюю грусть баяна,
За цветную небесную радугу,
И за лес травяного бурьяна».
Сердце гневом-свинцом нальётся.
И услышим мы шум победы!
Испокон на Руси ведётся –
Пережить все страданья и беды.
Шитикова С. Е.
ОтветитьУдалитьЯ не помню начала войны. Но мне запомнился летний день, когда все суетились, бегали озабоченные, собирали детей и убегали с узлами на улицу. Наша мама нас (было трое детей) тоже быстро одела, собрала узелок с едой и уговаривала бабушку быстро уходить прятаться: наступают немцы. Бабушка была против, ругалась, не отдавала нас, но мама быстро потащила нас бегом в ров. Люди прятались кто куда, кто убегал в лес, кто в погреба. Мы бежали по оврагу, а потом спрятались в окоп. В окопе было очень много детей и взрослых.
Это было в августе 1942 года в деревне Упруссы Жуковского района. Как только немцы ворвались в деревню, они всё уничтожали. Поджигали дома, убивали всех, кто попадался на пути. Наш окоп тоже нашли, обстреливали, забрасывали гранатами. Все, кто сидел внизу на земле, все погибли. Мать ранило осколком в ногу. От взрывов было в окопе темно, все задыхались от газов. Крики и вопли.
К вечеру немцы отступили и все, кто где остался жив, вышли на лужайку. В деревне догорали дома, по улицам валялись трупы убитых жителей. Крики, слёзы, вопли. Бабушку мы нашли около сгоревшего дома, в огороде, убитую и обгорелую.
Помню, мы в саду рвали яблоки, испечённые от пожаров на яблонях. Жили кое-как, прятались в будках, в лесах. Но оставаться нам было так нельзя, наша партизанская семья подвергалась большой опасности. К зиме мы кое-как перебрались к родственникам, во II Акуличи. Но весной 1943 года каратели вернулись, чтобы уничтожить партизан.
В лесах шли бои, бомбили самолёты, рвались снаряды. Фашисты выгоняли всех жителей и гранатами взрывали землянки. Гнали всех, никто не знал, куда и зачем. Людей били и пристреливали.
Нас у матери было трое, мы с сестрой держались за юбку, а третий у мамы на руках. Она была ранена в ногу, но держалась, чтобы немцы не заметили.
Люди поддерживали друг друга. Гнали долго всех на станцию, а там загоняли всех в товарные вагоны, прикладами били. Недалеко от станции Рославль выгнали в какие-то сараи и несколько раз обливали растворами, сильно пахнущими. Потом нас загнали за колючую проволоку. Лагерь охраняли немцы с собаками. Издевались, били, взрослых гоняли на копку окопов. Кормили люпином и горькой баландой.
В концлагере мы находились с начала июня 1943 года и до конца сентября.
Домой в деревню мы возвращались пешком очень долго, пришли только к зиме.
Жили в приспособленных будках, землянках, в холоде и голоде.
День Победы запомнился, когда бежали все со своими ложками на приготовленный посреди деревни обед для всех. И за долгие годы вволю наелись.
Побледнев,
ОтветитьУдалитьСтиснув зубы до хруста,
От родного окопа
Одна
Ты должна оторваться,
И бруствер
Проскочить под обстрелом
Должна.
Ты должна.
Хоть вернешься едва ли,
Хоть "Не смей!"
Повторяет комбат.
Даже танки
(Они же из стали!)
В трех шагах от окопа
Горят.
Ты должна.
Ведь нельзя притворяться
Перед собой,
Что не слышишь в ночи,
Как почти безнадежно
"Сестрица!"
Кто-то там,
Под обстрелом, кричит...
Давыдова Полина
ОтветитьУдалитьНа лес смотрело с высока
Седое пористое небо.
Бежал мальчишка по грязи,
В руке сжимая корку хлеба.
Совсем замёрз и побледнел,
Бежал с последних сил,
Едва дыша, бежал вперёд,
К солдатам он спешил.
Ведь был он послан генералом
К начальнику десант полка,
Чтоб рассказать о наступленье
С небес жестокого врага.
Мальчишка. Маленький ребёнок.
Рождён был в мире воевать.
Ещё с младенческих пелёнок
Ему рассказывала мать.
О том, что немцы беспощадны,
Они жестоки и хитры.
И защищают нас солдаты-
Любимой Родины сыны.
Урок усвоил тот мальчишка.
Упорно двигался вперёд…
Вдруг гулкий выстрел: пуля с свистом
Попала мальчику в висок.
И закружились вдруг деревья,
И затянули тучи небо.
Мальчишка тот лежал в трясине,
В руке, сжимая корку хлеба.
Он так погиб от рук немецких.
А ведь его никто не знал.
И не смотря на малый возраст,
Он смело Родину спасал.
А сколько их слегло на поле?!
Никто не даст ответа мне.
Деды, мальчишки и девчонки
Погибли в АДСКОЙ той войне.
10.04.05
Страшная сказка
ОтветитьУдалитьВсе переменится вокруг.
Отстроится столица.
Детей разбуженных испуг
Вовеки не простится.
Не сможет позабыться страх,
Изборождавший лица.
Сторицей должен будет враг
За это поплатиться.
Запомнится его обстрел.
Сполна зачтется время,
Когда он делал, что хотел,
Как Ирод в Вифлееме.
Настанет новый, лучший век.
Исчезнут очевидцы.
Мученья маленьких калек
Не смогут позабыться.
(Б. Пастернак, 1941 г.)